Ант Скаландис. Наладчик






Он приходит и представляется всегда одинаково:
- Здравствуйте, я - наладчик.
- По аналоговым вычислительным машинам?
- Да.
- По автопоилкам для крупного рогатого скота?
- Ну, разумеется.
- По форвакуумным насосам серии АВЗ?
- Да, конечно.
- По ультразвуковым локаторам?
- Да, да, именно по ним.
- По КРС-ПП УХЛ4 ЕС?
- Естественно. А по чему же еще?
И все это он налаживает. Все это начинает работать как часы. Как часы старинной и прославленной швейцарской фирмы "Омега". Высокие удои и высокие частоты, глубокий вакуум и сходимость данных, точность дозировки и точность настройки, выход продукции и расход горючего - все обеспечено на неопределенно долгое время вплоть до ближайшей серьезной аварии, возможной отныне лишь по внешним причинам.
Работает он быстро и непостижимо легко. В награду практически ничего не принимает. Дефицитные запчасти разве что, да и то редко. И никогда нельзя предсказать, что его заинтересует. Традиционный в таких случаях спирт он пьет, но как-то без удовольствия, просто чтобы не обидеть. А денег и ценных подарков не берет никогда.
- Я же по безналичному расчету, - объясняет он вежливо.
- По договору, что ли, работаете?
- Ну, да; вроде как по договору...
- А вы какую организацию представляете?
- Я? - он как бы теряется на мгновение. - Я представляю фирму "Наладка".
- Кооператив, значит?
- Пожалуй, что да, кооператив. В некотором роде.
Он всегда так отвечает. Все у него "пожалуй" и "в некотором роде".
А имени его не знает никто. Некоторые спрашивали. А он говорит:
- Зачем? Вы же не узнаете имя водопроводчика или телемастера, который приходит к вам домой. Разве только жалобу писать. На меня же вам не надо писать жалобу, правильно?
- А если благодарность? - пробовали хитрить некоторые.
- А благодарность мне не нужна. Для меня сам результат - благодарность.
Вот такой человек. И ходит он по всей стране из города в город, из села в село, с завода на завод и с фермы на ферму. И всюду неуклонно растет производительность и эффективность. И Госкомстат пытается стыдливо скрыть эти загадочные цифры. Или объясняет их другими причинами. Ведь не пристало же в самом деле серьезным людям верить во всякую чертовщину!
А он знай себе ходит да налаживает. За так? Да нет, конечно, не за так. За так никто работать не станет. Вот и ходят про него слухи. Разные слухи. Зловещие слухи.
Одни говорят, что это дьявол. Что в награду за наладку скупает он человеческие души. Другие придумали, что Наладчик берет плату здоровьем. Даже статистику какую-то насобирали, дескать, там, где он был, болезней больше становится, особенно у детей. Третьи считают, что он лишает людей разума. И в этом есть доля истины: техника-то лучше начинает работать, а люди хуже. Повсюду так. Да только не в разуме тут, по-моему, дело, а в обычной человеческой психологии: зачем стараться, если и так все хорошо? Зачем новое придумывать, если старое работает на ура.
Есть и такие, кто видят в нем американского шпиона. Вынюхивает-де наши секреты, благо их никто не охраняет. А ведь и то верно. Настоящие-то секреты у нас не обязательно там, где колючая проволока, турникет с автоматикой и охранник с кобурой. Настоящие секреты там, где люди талантливые. А по "ящикам" этим он, между прочим, никогда не ходит. И тут тоже разные версии есть. Первая - благородная: не хочет на войну работать. Вторая попроще: допуска у него нет (хотя это, пожалуй, несерьезно - сделал бы он себе допуск, "наладил", если бы захотел). Третья - версия остряков: у военных налаживать нечего, у них и так все работает лучше некуда.
Но, как бы то ни было, не появляется он ни на "ящиках", ни на заводах, ни в институтах. И кончится это, я думаю, понятно чем. Открытые предприятия оставят "ящики" далеко позади, и те будут вынуждены рассекречиваться. Серьезная перспектива, согласитесь. Так что пора бы уже этим Наладчиком и заняться всерьез. Но кому? Ученым? Так они у него все, в друзьях ходят. Милиции? А что ему может предъявить милиция? Нарушений никаких. Компетентные органы, конечно, Наладчиком занялись, и довольно скоро. Но как-то все неинтересно закончилось. По слухам, Наладчик им всюду свое удостоверение предъявлял и по корочке той получался для них для всех начальником, генералом каким-то из сверхсекретного отдела.
Такова легенда о Наладчике. Легенда, в которую я, честно говоря, раньше и не верил. А вот вам история, что случилась на самом деле и не далее, как пару недель назад.
С другом моим Гошкой поехали мы в который уж раз на один подмосковный завод налаживать установку, внедренную два года назад. Установка по замыслу замечательная. Покрытия наносит перспективным методом: повышенная прочность, экономия и все такое. Но по исполнению - мама родная! - все на соплях. Там, где фторопласт должен быть - резина стоит, где нержавейка - так чуть ли не чугун, сварные швы хуже пайки, а приборы где-то по помойкам собраны и все образца 1913 года. Ну, и понятно, технология капризная. Так что даже мы, разработчики, мучаемся с ней невообразимо, а уж про заводских ребят и говорить нечего - у них этот гроб с музыкой, считай, вообще не работает.
И вот в тот день мы с Гошей разделили обязанности. Он распотрошил шкаф управления и стоял, погрузившись в него по пояс, окруженный снопами искр и ядовитыми дымками пригоревшей изоляции. Я же, обосновавшись в дебрях трубопроводов, искал, как мы говорим, пропавший вакуум.
Тут-то и появился в цеху небольшого роста крепкий человек с усиками в рабочем комбинезоне и с небольшим портфельчиком.
- Здравствуйте, я наладчик.
Мы с Гошкой только в глаза ему глянули и сразу догадались: тот самый. Гошка от избытка чувств уронил отвертку на контакты, все сразу закоротилось и вырубилось. У меня начал свистеть воздух, а я даже клапан не перекрывал. Мы оба смотрели на наладчика и боялись поверить в свое счастье.
Через полчаса все работало в полном соответствии со схемами и маршрутными картами.
- Слушайте, - осмелев попросил я, - а вы не могли бы точно так же и в институте все наладить. А то смешно получится: на заводе работает, а у нас... Ну, в общем сапожник без сапог.
- Отчего же, - говорит, - в институте обязательно. Сам туда собирался.
И ушел. А мы с Гошей на радостях кинулись к отлаженной установке, чтобы сразу на ней и проверить наши последние идеи, до воплощения которых все руки не доходили. У Гошки давно уже зрел план новой программы автоматического управления, а я буквально по дороге на завод придумал одно изящное такое измененьице в технологии.
Вот тут-то мы и поняли, чем берет плату Наладчик. Поняли оба и одновременно. Переглянулись и, ни слова не говоря, бросились на улицу. Догнали его уже у самых ворот.
- Послушайте! - закричал я. - Так вы у нас идеи украли! Вы их у всех, стало быть, крадете?!
- Что значит "краду"? - он не обиделся, просто очень спокойно возразил. - Я их беру в уплату за труд.
- Но вы хотя бы предупреждали!
- Видите ли, вначале я предупреждал. А потом понял: ни к чему. Все равно никто не верит. Даже когда ампутация идеи уже произведена. Думают, просто забыли, думают, фокус какой-то. А мне ведь совершенно неважно, что вы думаете. Мне просто идеи ваши нужны. Хорошие, умные, трезвые идеи.
- И значит, теперь у нас умных идей никогда больше не будет? - в ужасе спросил я.
- Ну, что вы, - улыбнулся Наладчик. - Я не умею забирать еще не родившиеся идеи. Думайте, работайте, и все у вас будет хорошо.
И тут Гоша решил на прощание пошутить.
- Знаете, - сказал он, - вы там в институте идите прямо к нашему шефу. Бондаренко его фамилия. Вот у кого идей прорва.
- Спасибо, - ответил Наладчик и так быстро скрылся, что я даже хмыкнуть не успел по поводу Гошиного предложения.
А дело в том, что завлаб Бондаренко при всех его организаторских талантах очень плохой ученый. Вообще не ученый. Идей у него не было никогда. И кандидатская его и докторская сделаны исключительно усилиями подчиненных, которым он, впрочем, щедро платил. Мог себе позволить, потому что и сам зарабатывал всегда много.
- Остроумно! - оценил я.
Мог ли я знать, чем эта шутка кончится?
В тот момент на заводе состояние у нас было возбужденное, приподнятое, потому что мы оба пришли к одному выводу (да и не мудрено: книги мы с Гошкой еще со школьных лет одни и те же читали). А вывод такой: Наладчик - инопланетянин. Иначе как он все это делает? И мы долго спорили, помогает Наладчик нашей цивилизации, или прислан завоевать ее. Я говорил, что идеи в обмен на наладку - это, конечно, грабеж, что будет теперь на всей планете исправная техника образца 1989 года на вечные времена, и прогресс остановится. Гоша резонно утешил, что обо всей планете речь не идет, потому что только в нашей стране удивительным образом сочетается обилие гениальных замыслов и разработок с повсеместным отвратительным исполнением. А в цивилизованном мире этот номер не пройдет.
- Погоди-ка, погоди-ка, - осенило меня. - Выходит, Наладчик подтягивает нас до их уровня. Такая получается помощь. Но ведь нельзя же тянуть одну технику. Ты не слыхал, он появляется в каких-нибудь гуманитарных институтах, в общественных организациях, в министерствах, наконец, вообще в аппарате управления?
- А чем они там платить будут? - грустно улыбнулся Гоша. - Идеей нашего бюрократического социализма, что ли?
Вот так мы и болтали. А установка работала. Выдавала результаты. И через два дня все бумаги были подписаны, мы с чистой совестью вернулись в Москву.
В институт помчались прямо с вокзала. Не терпелось узнать, как там. И еще в проходной - бац! - некролог: Бондаренко Валерий Трофимович, скоропостижно... Мы - в отдел, а там - новый шок: покончил с собой, говорят, повесился... Бондаренко? Не может быть! Да приходил, говорят, какой-то наладчик. Сначала в лаборатории все сделал, а потом - к нему, поговорили, Бондаренко ему спирту налил, так тот прямо тут же, не разбавляя, выпил, в общем, когда расстались, Валерий Трофимыч наш пришибленный стал какой-то, вызывал к себе завсекторами по очереди, беседовал, а потом с работы ушел раньше обычного. И все. На следующий день милиция приехала.
Гоша - странный человек. Его даже совесть не мучает. Я, говорит, тут при чем? Любой наладчик к начальнику идет, когда работа выполнена. А повесился он, считает Гоша, от того, что понял, впервые в жизни понял, что не ученый он, что ни одной идеи в голове, интеллектуальный банкрот, даже Наладчику заплатить нечем.
Я с Гошей не согласен. Я считаю, что причина в другом. У Бондаренко была одна идея. Совершенно гениальная. Он всегда лучше всех знал, как в любой ситуации, при любых результатах заработать максимум денег. Толковая, должно быть, была идея. И когда Наладчик эту идею у него отнял, шефу нашему дорогому не за чем с гало жить на свете.
И все равно это страшно. И все равно трудно не думать, что есть и наша вина в этой истории. А Наладчика я с тех пор ненавижу. Ох, встретиться бы с ним еще раз!
Я часто думаю о той своей забытой идее. Пытаюсь вспомнить. Глупо, конечно, но я пытаюсь. И знаете, это так мешает, что никаких новых мыслей в моей голове просто не появляется.
А установки все работают. Отлично работают установки.
Ант Скаландис. Наладчик